Точка зрения, будто верующий более счастлив, чем атеист, столь же абсурдна, как распространенное убеждение, что пьяный счастливее трезвого.
Шоу Бернард

Путеводитель
Новости
Библиотека
Дайджест
Видео
Уголок науки
Пресса
ИСС
Цитаты
Персоналии
Ссылки
Форум
Поддержка сайта
E-mail
RSS RSS

СкепсиС
Номер 2.
Follow etholog on Twitter


Подписка на новости





Rambler's Top100
Rambler's Top100



Разное


Подписывайтесь на нас в соцсетях

fb.com/scientificatheism.org

vk.com/scientificatheism_org



Оставить отзыв. (26)


Курбанов Гарун
О религии, религиоведах и апологетах.


В последнее время мы все невольно становимся свидетелями того, как на страницах газет и журналов разворачивается острая, порой непримиримая полемика о месте и роли религиоведения и ее различных школ и направлений в нашей жизни.

Представители академических институтов и вузовских кафедр убеждают нас в необходимости религиоведения, изучения и постоянного наблюдения за процессами, происходящими в религиозной сфере. В ответ люди весьма далекие от этой науки - инженеры, зоотехники, вчерашние партийные и комсомольские функционеры, сменившие свои членские билеты на четки духовных лидеров, наполняют периодическую печать и телеэкраны такими суждениями, которые поражают своим теоретическим легковесием и вызывающей безапелляционностью.

Скороспелые богословы, совершенно не утруждая себя раздумьями, стали говорить о вредности и антирелигиозностии и даже об античеловечности религиоведения. Научные традиции, которые на протяжении веков пытаются ответить на вопрос "Что такое религия и религиозная вера?", стали обретать в рассуждениях новоявленных мыслителей черты ужасной крамолы. С высоких трибун во всеуслышание говорят о "лженауке под названием «религиоведение»" и пишут о том, что оно "показало свою несостоятельность и свое негативное античеловеческое нутро". Авторы известных опусов, не буду напоминать их имена, для которых "религиоведение" сравнимо с происками разве что шайтана, забывают о том, что интерес к исследованию религии возник не сегодня. Религиоведческие знания, философские, исторические, психологические и другие накапливались на протяжении веков. Предметные узлы этой науки вычленялись и создавались в самых религиозных системах. Уже первые, ханифы - проповедники единобожия в Аравии, если говорить об исламской традиции, невольно были вынуждены вникать в религиозные представления своих современников, часто казавшиеся им лишенными всякого смысла. Позднее мусульманские богословы стали заниматься описанием особенностей культа тех религий, с которыми им приходилось вступать в борьбу, главным образом для того, чтобы облегчить задачу тем, кто шел следом за ними. Благодаря их трудам нам стали известны религиозные культы и вероучения аравийских племен, сасанидов, гуннов и т.д. К этому добавилось и стремление отыскать критерии, которые позволяли бы решать, какие религиозные убеждения и действия достойны человека. При этом разброс мнений был достаточно широким. Уже в 8 в. появились мутазилиты (отколовшиеся), которые выступили против буквального понимания атрибутов бога и пришли к отрицанию извечности Корана.

Именно они заложили начало "ильм ат тафсир" - науке комментирования и фальсафа, первым представителем которого был аль Кинди. Средневековые мусульманские философы обратились к вопросу о том, "возможно ли?" а, если возможно, то "до какой степени?" подвергнуть научному рационалистическому анализу религию. Конечно, сама постановка вопроса и размышления на эту тему не были безобидными. Представители духовенства прекрасно осознавали опасность возможного вольнодумства, поскольку внутренняя перспектива таких изысканий была направлена в глубину таинственного феномена человеческой реальности ? религии.

Подобные исследования определяли неоднозначное отношение к религии. Это отношение зачастую обнаруживало два полюса теистическую и атеистическую. Естественно, в условиях средневековья, приверженцы последней подвергались бесконечным гонениям. Таких исторических примеров тысячи. И 70-летний период внедрения атеизма, которым нас пугают уважаемые ораторы, ничто по сравнению с веками инквизиции и михны. Кстати, одной из жертв михны стал и Ахмад б. Ханбал - основатель суннитского мазхаба.

Однако самые жесткие гонения не были способны подавить устремления критического разума, поскольку не всех устраивал тезис, провозглашенный Тертулианом "верую ибо абсурдно", точно так же, как и принцип "не спрашивай как", заложенного в символе веры Абд ал Кадира.

Можно спорить и о том, что знать религию или стать религиоведом человек может лишь тогда, когда он сделает для себя выбор в пользу религии и обретет веру. Разумеется, понятие "религия" в глазах атеиста имеет иную окраску, нежели для приверженца религиозной веры. Но, бесспорным является и то, что проникнуть в существо религиозной веры возможно и совершенно не разделяя ее. Ведь, когда мусульманский теолог изучает иную, скажем, политеистическую религию, или современные секты он делает практически то же самое: описывает, анализирует и отвергает претензии на истинность чужих религиозных убеждений и ритуалов, поскольку им нет места в доступной для него действительности. При этом их усилия больше напоминают попытки врачей понять внутренний мир пациентов психиатрической клиники, имея в виду изначальное отношение к чуждым религиозным убеждениям как к бреду больного.

Поэтому, высказываемый нашими алимами тезис о том, чтобы понимать религию и писать о религии, необходимо сделать выбор в пользу одной из них, представляется не совсем верным. "Зачем лезть в религиозную идеологию, -вопрошает один из наших оппонентов, в которой они ничего не понимают?" Да, религию можно изучать изнутри, будучи ее последователем, симпатизируя ей или снаружи, как критический наблюдатель, философ, и обе перспективы порождают определенные методологические проблемы. И все же, действуя с позиции верующего, возможность субъективизма и потери истинности гораздо выше. Любая религиозная система, ислам не исключение, говорит нам: если ты следуешь за мной, веди себя так-то, думай так-то, говори так-то, совершай то-то. Она требует поклонения и покорности. Здесь даже заблуждения ограничены определенными рамками и заранее известны.

И какая может быть свобода исследования религии в рамках религиозной покорности? Это невозможно точно так же как слепому представить свет. Религиозные изыскания превратятся в апологетику. Все, что не будет вписываться в рамки данной религиозной системы, объявят ересью, нарушение заповедей почти неизбежно примет форму греха, оскорбляющего Всевышнего. При этом грехом объявляется не только неверие, но и иная вера. Ведь только апологет может написать: "Христианские миссионеры неустанно стараются развратить мусульман, они хотят разными путями ослабить силу мусульман и вытравить из душ молодежи страсть к борьбе за свою веру" и поместить под ней фотографию с надписью: "Семья амерканских миссионеров в Табасаранском районе РД". А попробуйте услышать ответ на вопрос: чем же занимаются мусульманские миссионеры или проповедники?

Вера отличается от философии прежде всего тем, что отталкивается от признания зависимости человека от сверхъестественного и выводит из этого все следствия. Поклоняется ли человек какому либо тотему, пытается ли умилостивить духа природы или стремится к совершенству, следуя за муршидом, он тот - чья мысль находится во власти объекта поклонения. В данной системе координат человек доверяется кому-то, кто, возможно, вовсе не существует и никаким образом с ним не связан. Для рациональной философии же не существуют извечные догмы, она способна возразить и сказать, а, может быть Бога нет и человек должен уповать на самого себя, на свою совесть, на свой исторический опыт.

Для теолога максимальной истинностью и ценностью обладает информация, которая так или иначе вытекает из священных текстов. Для атеиста, и если угодно для рационального религиоведения, напротив, типично наличие доли скептицизма, особенно по поводу излагаемых в священных текстах описаний рационально необъяснимых событий. Этот скептицизм, это критическое рассмотрение иногда может оказать серьезное влияние на исследовательский процесс и на саму религиозную мысль. Критический разум способен поставить вопрос и увидеть прогрессирующие симптомы болезни гораздо раньше, чем одухотворенная священными текстами мысль апологета. Образно говоря, диагностирование - это дело не пациентов, а квалифицированных специалистов, хотя в наши дни можно встретить людей далеко не блешущих здоровьем, которые, глядя на ваши не пустые руки, поставят диагноз и вылечат от самой страшной болезни. Чем в итоге подобное врачевание заканчивается, думаю, знают многие.
Оставить отзыв. (26)
111


Создатели сайта не всегда разделяют мнение изложенное в материалах сайта.
"Научный Атеизм" 1998-2013

Дизайн: Гунявый Роман      Программирование и вёрстка: Muxa