Мне говорят, что я своими утверждениями хочу перевернуть мир вверх дном. Но разве было бы плохо перевернуть перевернутый мир?
Бруно Джордано

Путеводитель
Новости
Библиотека
Дайджест
Видео
Уголок науки
Пресса
ИСС
Цитаты
Персоналии
Ссылки
Форум
Поддержка сайта
E-mail
RSS RSS

СкепсиС
Номер 2.
Follow etholog on Twitter


Подписка на новости





Rambler's Top100
Rambler's Top100



Разное


Подписывайтесь на нас в соцсетях

fb.com/scientificatheism.org

vk.com/scientificatheism_org



Оставить отзыв. (177)


Кувакин Валерий
Тупиковое суждение


О том, что сказал в своем нашумевшем интервью Познер, очень трудно говорить. Эвристическая ценность утверждений типа "принятие православия стало трагедией для России" невысока. Если согласиться с этим тезисом, давайте попробуем сменить веру? Согласимся, что это довольно глупо. Просто-напросто надо делать выводы, исходя из реального положения вещей, а не оценивать прошлое. Мол, это была ошибка – и всё, дальше ничего сделать нельзя. Это тупиковое суждение. Из него не следует никаких конструктивных выводов. Даже если я соглашусь с этим? Что с того? Мы должны жить в настоящем. Так, чтобы что-то можно было изменить к лучшему. Я не знаю, что следует из слов Познера. Они горькие. Может быть, они правильные. Но они абсолютно не конструктивные.

Однозначно христианскую религию, как то делает Владимир Познер, связывать с историческим прогрессом нельзя. Что касается прогресса, в данном случае скорее работают не только религиозные, но и другие факторы. Это и геополитика, и, может быть, национальная психология, и особенности государственной власти, и размер территории. В общем, нужно учитывать все эти факторы, потому что религия является лишь одним из них.

Но, конечно, нельзя не согласиться с Познером, что православие – это одна из наиболее консервативных христианских религий. В результате исторического процесса в России сложился определенный тип православного сознания – не только как религиозный, но и, может быть, в каком-то смысле национальный тип сознания.

Разумеется, в этом "типе сознания" масса вещей, которые нам сегодня мешают двигаться вперед. Я не могу этого отрицать. Вся беда в том, что православие в России не хочет понять, насколько оно по ряду фундаментальных признаков не соответствует действительности, особенно в сфере ценностей. Потому что главными добродетелями православия были, есть и, не знаю, будут ли, богобоязненность, покорность, смирение, жертвенность, – совершенно пассивные ценности. РПЦ за это держится очень цепко.

В чем трагедия русского религиозного ренессанса ХХ столетия? В том, что Русская православная церковь его "не услышала", хотя была тогда гораздо более вменяемой. Религиозно-философские собрания, существовавшие в самом начале прошлого века, явились грандиозной попыткой внести дух свободы и, если хотите, либерализма в русское православие. Многие священники были открыты этому.

Наш первый Патриарх в ХХ веке тоже был очень прогрессивным человеком. Основополагающие документы Церкви, подготовленные им, для того времени были очень прогрессивными. Однако судьба Церкви как института, который всегда находился под пятой государства, драматична. Оказавшись в пекле Гражданской войны и позднее попав в условия тоталитарного государства, Церковь поневоле закрепила выше упоминаемые мной пассивные ценности. Будучи уже придавленной властью, она не столько сотрудничала, сколько униженно прислуживала сталинизму. И это усугубило ту пассивность и своеобразный исторический пессимизм православия.

И сейчас Церковь упустила (а, может быть, еще и нет) вот что. Она должна была воспользоваться бесконечно ценным кредитом доверия народа, но стала укреплять свою материальную базу. Ну ладно, пусть бы укрепляла материальную базу. Это, наверное, естественно и необходимо. Но она не прониклась духом ни реформации, ни модернизации, ни инновации. Все это шло и идет мимо нее.

Церковь должна всерьез задуматься о своем положении. Она укрепила свое материальное положение. Она вхожа в Кремль. Но в общем-то народ достаточно резко охладел к ней. Был порыв, была искренняя надежда на то, что Церковь станет некоторым ценностным гарантом. Не государственным гарантом – для этого есть Конституция и Президент, – а гарантом моральным. Но этого не получилось.

Однако я не хочу сказать, что все очень плохо. Потому что я знаю, что низовые члены Церкви, скажем, на уровне приходских священников, очень порядочные люди. И они гораздо ближе к народу, чем к церковной иерархии. И те, кто действительно ведет себя порядочно с народом, с прихожанами, делают хорошие и благие дела. Они занимаются благотворительностью, они поднимают культуру населения. Но им очень тяжело, потому что верхушка, как мне кажется, смотрит в противоположную сторону. Но это, наверное, тоже естественно…

Хотя, может быть, здесь параллели ставить и нельзя. Низовое духовенство в царской России обладало одной чертой, которая отличает ее от современного духовенства: уровень образования у него был гораздо ниже, но зато высокий нравственный уровень был гораздо выше. Потому что существовала определенная традиция "морального просвещения". Это были целые поколения священников, облагораживавших народ. И если они не знали наук, то знали элементарные нравственные нормы, могли общаться с народом, и народ их понимал.

Я думаю, что если сложить все плюсы и минусы,то можно сказать, чтоправославие модернизации, безусловно, мешает. Оно политически очень консервативно. Русское православие страдает несколькими закоренелыми тайными недугами. Первое – это национализм; второе – это антисемитизм; а третье – это монархизм. И монархизм этот не изжит, причем монархизм буквального, цивилизованного смысла. И как это может содействовать техническому и научному прогрессу, демократизации, гуманизации, вообще оживлению в обществе? Как общество может быть активным, если его призывают к богобоязненности, смирению, жертвенности и покорности?

Я думаю, что еще очень важен фактор инертности народа. Конечно, его тормозят (в том числе и Церковь), исторически, социально, психологически. Но он и сам готов тормозиться. Народные традиции не очень хорошие. Я не думаю, чтобы целиком и полностью их можно вывести из православной психологии. Но ведь леность, вороватость, инертность, примитивный индивидуализм и неверие в свои собственные силы, а также низкая самооценка, – это тоже немаловажные факторы. Мы не можем списывать это на то, будто это результат православия.

Вместе с тем я знаю, что в православии существует много консервативных сил, а о демократических, либеральных, реформаторских силах я, честно говоря, мало слышал. Хотя они в Церкви есть. Так что у нас сохраняется надежда на то, что в православии возобладают здравые умы, которые действительно постараются более адекватно адаптироваться к реальности. Но пока Церковь не хочет к ней адаптироваться. Суть – в ценностях, которые развивает и поддерживает Церковь в себе и в прихожанах.

Оставить отзыв. (177)
111


Создатели сайта не всегда разделяют мнение изложенное в материалах сайта.
"Научный Атеизм" 1998-2013

Дизайн: Гунявый Роман      Программирование и вёрстка: Muxa