Чем больше мы познаем неизменные законы природы, тем все более невероятными становятся для нас чудеса.
Дарвин Чарльз

Путеводитель
Новости
Библиотека
Дайджест
Видео
Уголок науки
Пресса
ИСС
Цитаты
Персоналии
Ссылки
Форум
Поддержка сайта
E-mail
RSS RSS

СкепсиС
Номер 2.
Follow etholog on Twitter


Подписка на новости





Rambler's Top100
Rambler's Top100



Разное


Подписывайтесь на нас в соцсетях

fb.com/scientificatheism.org

vk.com/scientificatheism_org



Оставить отзыв. (2)


Смирнов Илья
Право на разум.


Воспоминания и размышления в связи с международным симпозиумом "Наука, антинаука и паранормальные верования" (1)

Интеллект – главное эволюционное преимущество Homo sapiens, а "научный метод, в основе которого лежит объективность, воспроизводимость, открытость новому, - великое завоевание человеческого разума" (академик А.Б. Мигдал) (2). Поэтому здоровый социальный организм (3) щедро расходует ресурсы на образование, информационное обеспечение, научно-исследовательскую работу. Но вот парадокс: в то же самое время некоторые общественные институты целеустремленно добиваются, чтобы люди становились не умнее, а наоборот, глупее.

Как и почему это происходит? можно ли этому противодействовать? если да, то какими способами? - вопросы, собравшие в новое здание Академии на берегу Москвы-реки специалистов самого разного профиля, от астрономов до гуманитариев. Сам симпозиум вылился в социальный эксперимент, из которого можно делать выводы о состоянии науки и общества в целом.

Инициатива.

Гражданскую инициативу, как это уже бывало в новейшей истории России, проявили физики: Е.Б. Александров, В.Л. Гинзбург, Э.П. Кругляков. В 1998 г. Президиум РАН создал Комиссию по борьбе с антинаукой и фальсификацией научных исследований. Ее возглавил замдиректора новосибирского Института ядерной физики академик Эдуард Павлович Кругляков. Вот первая организация, готовившая симпозиум. Вторая – Российское гуманистическое общество, оно было основано в 1995 г., издает журнал "Здравый смысл", возглавляет его профессор философского факультета МГУ Валерий Александрович Кувакин.

В.А. Кувакин: "проведение симпозиума связано с уникальной ситуацией, сложившейся в нашей стране, - беспрецедентной экспансией паранормальных верований, шарлатанства, старых и новых религий в культуру и общественное сознание. Симпозиум представляет собой вынужденную меру со стороны научного сообщества и той части интеллигенции, которая вытесняется за пределы поля культуры из-за того, что их ценности являются светскими, а не религиозными. Это не означает, что эти люди атеисты. Они просто по тем или иным причинам не стали не только религиозными, но и не принимают астрологии, шаманства или даже психологии современных СМИ. В принципе эти люди хотели бы ориентироваться на классические ценности - ценности научного знания, ценности общечеловеческих нравственных норм, такие общеполитические и гражданские ценности, как демократия, справедливость, гласность, общеправовые и даже экологические ценности" (4).

В международном масштабе один из вдохновителей движения ученых – скептиков и светских гуманистов - профессор университета штата Нью-Йорк Пол Куртц, автор очень любопытных книг "Запретный плод" и "Искушение потусторонним", переведенных, между прочим, и на русский язык (5). В оргкомитете нашего симпозиума он фигурировал как глава организации с непривычным для русского слуха названием "Комитет по расследованию заявлений о паранормальных явлениях" (CSICOP).

Не берусь судить об Америке, но у нас настоящая гражданская инициатива – то есть такая, в основе которой лежит идея, а не оплаченный заказ - не столь уж частое явление, и заслуживает того, чтобы разобраться в мотивах. Например, академик Кругляков – из специалистов такого профиля и класса, которых даже при Сталине ценили и берегли. Работы ему хватает, и личное благополучие обеспечено. Тем не менее, в свободное от ядерной физики время он занимает резкую общественную позицию и высказывает ее, наживая кучу врагов (6).

Зачем? Видимо, все-таки не из личного интереса, а ради того дела, которому физик Кругляков посвятил жизнь, и ради будущего страны, в которой все мы родились и выросли. Если эти слова звучат высокопарно, то вот – объективные данные, далекие от какого-либо пафоса.

Исторический фон.

Когда Россия еще называлась "Советским Союзом", ее Индекс Развития Человеческого Потенциала (синтетический показатель, применяемый ООН), составлял 0,920 – против 0,961 у США, и по этому показателю мы в начале перестройки занимали 26-е место (США – 19-е). Однако американский ВВП на душу населения был больше советского почти в три раза. Какими же составляющими "человеческого потенциала" наша страна компенсировала отставание в экономике? Вот как отвечает на этот вопрос известный петербургский экономист В.Т. Рязанов:

"Создание мощного научно-образовательного комплекса было весьма значимым и перспективным достижением СССР. Его следует оценить как важный показатель, определявший наличие реального потенциала трансформации советского общества в постиндустриальное… "Человеческий капитал", выражающий совокупные нематериальные активы общества, превращается в главный фактор международной конкурентоспособности стран в утверждающемся постиндустриальном мире. Поэтому накопленные знания и технологии, квалификация работников и управленческие ресурсы становятся необходимым условием процветания…" (7).

Образование и наука составляли наше стратегическое преимущество, наряду с хрестоматийными "ракетами" и "балетом".

К сожалению, никакого прорыва в постиндустриальный мир не произошло. Напротив, "падение образовательного потенциала и средней продолжительности жизни привело к тому, что ИЧРП России снизился с 0,920 до 0,849, и она уже к середине 90-х гг. переместилась с 26 на 52 место в мировом рейтинге" (8). О "реформах образования" подробнее см. (9). "Финансирование науки, особенно фундаментальной, которой занимается наш институт, упало по сравнению с советскими временами в двадцать раз. Это катастрофа", - говорит директор ФИАНа академик О.Н. Крохин (10). При установленных законом 4% от расходной части бюджета реально на нее потрачено в 1997 г. 2,88%, в 2001 – 1,84%, на 2002 г. запланировано 1,57% (11). Обратите внимание: тенденции ельцинского правления не претерпели при Путине изменений. Но, пожалуй, самые красноречивые данные приводит астроном В.Г. Сурдин в докладе, подготовленном к октябрьскому симпозиуму, – таблица тиражей научно-популярной периодики (12). Они уменьшились в 50-100 раз. Журналы "Знание-сила", "Химия и жизнь" и др., свободно продававшиеся в киосках у метро, превратились в самиздат, то есть целая отрасль была вырублена под корень так же решительно, как в 30-е годы единоличное сельское хозяйство.

Почему мы глупеем?

Самое популярное объяснение - от частого повторения оно уже воспринимается как само собою разумеющееся - "итак, у нас нет денег на науку" (Р. Фрумкина (13). Действительно, если в Сахаре нет воды, на Луне кислорода, а "у нас" денег, ничего с этим не поделаешь. Против объективных законов бессмысленно возражать.

Однако "наша" бедность (и экономия) слишком уж избирательны.

Ведь место на прилавках, освободившееся от научно-популярных журналов, не осталось пустым (как в Таджикистане во время гражданской войны). Оно немедленно было заполнено. Чем? В основном глянцевой макулатурой. Издания с дорогой полиграфией и познавательной ценностью меньшей, чем у рулона туалетной бумаги (14), получили льготы (то есть фактически финансирование за казенный счет) в соответствии с Законом "О государственной поддержке средств массовой информации и книгоиздания РФ".

Согласно данным, которые приводил на симпозиуме профессор Д.И. Дубровский, оборот в сфере т.н. "пара-практики", то есть "оккультных услуг", достиг миллиарда долларов. О точных цифрах можно спорить, но ясно, что достижения в этой области были опять-таки санкционированы сверху - когда "народным целителям" начали выдавать лицензии. "Пара-фармация" и "квантовые аппараты" (которыми лечатся все болезни, а заодно повышается всхожесть растений и продуктивность рогатого скота), – все это продается в государственных аптеках. В рамках "плюрализма" открыты и официально зарегистрированы десятки (по подсчетам участников симпозиума, около 120) самозванных "академий", которые принялись учреждать "институты" и присваивать "ученые" звания, в результате чего граждане открывают газету и видят, как "Феликс Величко, академик Российской академии естественных наук" решает чеченскую проблему: "для решения такой проблемы нужен кардинальный подход, не ультиматумы на три дня, а в три дня выселить всех чеченцев в Сибирь" (15). Человеку со стороны трудно разобраться, чем "академия" г-на Величко отличается от нормальной, и реакция на Величко волей-неволей переносится на науку как таковую. Примеры государственной поддержки шарлатанских экзерсисов около физики, химии и биологии составляют бесконечный плутовской роман, в нем фигурируют многие миллионы тех самых долларов, которых "у нас" якобы "нет": "На бюджетные деньги проводились масштабные эксперименты, в частности, и на людях, осваивались эзотерика и оккультизм, ковалось неведомое миру оружие и прикармливались экстрасенсы…" (16) Под болтовню о "перегрузках", которым подвергаются наши бедные учащиеся из-за физики и математики, в ВУЗах и средних школах учреждаются одна за другой откровенно антинаучные программы, а чтобы кто-нибудь не засомневался – не по ошибке ли это делается? не по случайному ли недосмотру экспертных советов? - в специальной методической литературе, издаваемой Министерством образования, невежеству еще дается обоснование (см. (17). Успокойтесь, господа, мы ведаем, что творим.

Когда "Коммерсант" опрашивал именитых граждан новой России на предмет доверия к астрологии, только один человек (из дюжины политиков и финансистов) дал четкий отрицательный ответ (18). Вряд ли остальные всерьез верят в белиберду, которой газета пичкает читателей на последней странице. Сами хозяева "Коммерсанта" тоже не верят. Принимая конкретные решения в финансовых и административных вопросах, эти люди, скорее всего, руководствуются все-таки не гороскопами, а вполне рациональными соображениями - иначе не выжили бы в конкурентной борьбе. Тем не менее, они не считают приверженность средневековым предрассудкам чем-то порочащим, что могло бы на пороге ХХ1 века уронить достоинство и престиж руководителя, и готовы поддерживать эти предрассудки в общественном сознании.

Если советской номенклатуре 60-80-х гг. было свойственно непоследовательное просветительство - она не поощряла пытливость ума там, где могли пострадать идеологические устои, - то элита, сформировавшаяся при Ельцине, демонстрирует враждебность реальному знанию как таковому.

Но "враждебность", как и "дружелюбие" – личное качество. Здесь скрывается ловушка для исследователя. Мы можем свести описание масштабных процессов к личным взаимоотношениям, качествам и мнениям участников: "хороших" и "плохих", "умных" и "глупых", "честных" и "мошенников".

Тогда наше обществоведение уподобится "физике торсионных полей".

Научная модель общественного развития исходит из того, что объективные процессы, происходящие в экономике, формируют интересы стабильных групп. А интересы отражаются в идеалах, в представлениях о том, что "принято" и "престижно". Невежество конкретного гражданина – факт его частной биографии, тема для газетного фельетона. "Отрицание данных науки, ее метода и… мировоззрения", охватившее в конце ХХ века целый социальный слой, включая множество высокообразованных и заведомо неглупых граждан, - общественное явление и тема для исследовательской работы.

Нужно ли "оспоривать глупца"?

Однако "исследование" и "борьба" – все-таки разные виды деятельности. Некоторое внутреннее противоречие было изначально заложено в самой идее симпозиума, хотя, на мой взгляд, это противоречие не принципиальное, а скорее организационно-техническое, к нему мы еще вернемся. А пока приведем мнение тех, кто не согласен принципиально. Академик А.С. Спирин назвал борьбу с лженаукой "безнадежным делом". Ученый может "рассказывать о науке и ее достижениях популярно и интересно", но занимая наступательную позицию и нарушая "баланс", он только раздражает "публику", которая видит в нем "ретрограда", "цепляющегося за старые устои" (19). Высказывалась и более радикальная формулировка. "Борьба" – состояние, не подходящее для ученого. Он должен заниматься своим исследованием, "и не оспоривать глупца".

Все это было бы верно, если бы мухи отделялись от котлет. Проблема в том, что они не только не отделяются, но напротив, организованно и целеустремленно лезут в котлеты.

У науки никогда не было и не могло быть антагонизма, например, с иллюзионистами и фокусниками. Вроде бы, они претендуют на обладание "паранормальными" способностями. Но все прекрасно понимают, что цирк и НИИ - разные епархии, и Кио с Копперфильдом не выдают себя за новое направление в физике. Поэтому они заслуживают уважения, как всякие честные профессионалы (более того: как рассказывали зарубежные участники симпозиума, профессиональные фокусники охотно помогают ученым в разоблачении "парапсихологов" и "экстрасенсов"). То же касается и священнослужителей - если, конечно, они служат в церкви, а не отправляются крестовым походом в школу, чтобы отменять Дарвина и вводить в программу вместо эволюции "креационизм".

Но престиж науки к концу тысячелетия оказался, видимо, настолько высок, что большинство шарлатанов и мракобесов предпочитает мимикрировать под ученых, внедряясь в академические структуры или тщательно воспроизводя их внешние формы.

"Космический антропоэколог" В.П. Казначеев не в силах соревноваться с Д. Копперфильдом на его поле - Копперфильд как артист заведомо искуснее и талантливее, – зато может назвать свои фокусы "научно-исследовательским институтом" (20). Подобные предприятия фигурируют в телефонных книгах через запятую с нормальными научно-исследовательскими и – что страшнее всего! – лечебными учреждениями, их продукция лицензируется по тем же правилам и распространяется по тем же каналам (попробуйте без медицинского образования отличить настоящее лекарство от бакалеи, которая продается в аптеке, упакована и оформлена как лекарственный препарат!), к кампаниям массовой дезинформации подключаются не только желтые листки, но и самые авторитетные СМИ, на роли зиц- председателей и благожелательных рецензентов нанимаются реальные профессора – в нынешней микроэкономике это не так уж трудно. Нередко ученая степень имеется и у организатора аферы. Получена она, как правило, совсем в другой области. Например, врач-психиатр переворачивает теоретическую физику, а человек, занимавшийся в советское время "критикой буржуазной историографии", списывает в утиль целые поколения настоящих историков (изучавших Древний Египет или Киевскую Русь по источникам, а не по постановлениям партии и правительства). Докторский диплом у этого утилизатора – не придерешься! – точно такой же, какой был у Ю.Я. Перепелкина или А.А. Зимина.

На самом деле научность определяется вообще не регалиями, а методологией, которая тесно связана с этикой ("плохой человек не в состоянии бескорыстно служить истине" (21). Но как оценить ее со стороны?

Можно сколько угодно презирать "публику" за легковерие и невежество, но каждый из нас за пределами собственной компетентности станет "публикой". И будет зависеть от порядочности "хозяев" – тех, кто в этой области считается профессионалом.

Стратегия, которую избрала современная лженаука, просто вынуждает ученых с нею бороться – так же как милиция не может не бороться с людьми, которые ходят по квартирам с поддельными милицейскими удостоверениями.

Есть и другое соображение в поддержку позиции, занятой Э.П. Кругляковым, В.Л. Гинзбургом и их коллегами. Наука существует не сама по себе. Как справедливо заметил один из участников симпозиума, доктор физико-математических наук Г.В. Гивишвили, она "исключительно чувствительна к мировоззренческому климату, преобладающему в данном обществе и в данную эпоху" (22). Доля общественного "пирога", выделяемая отрасли, прямо пропорциональна ее престижу. Прежде чем подать заявление в ВУЗ, даже в кружок при ВУЗе, подросток читает журнал "Квант" или К. Керама, примеряет к себе модели поведения, представленные во взрослом мире и освященные его авторитетами. Загнанная в резервацию "для слишком умных", наука перестанет развиваться. То есть существовать.

"Толпа" или "люди"?

На похоронах Высоцкого в 1980 г. произошел любопытный диалог. Пиная и пихая граждан, собравшихся к театру на Таганке, "дружинник" в голубой униформе, специально пошитой по случаю Олимпиады, последними словами ругал несознательную "толпу". И получил ответ – между прочим, от простого рабочего: "Толпа – это люди. А ты подлец".

Есть две четко оформленные общественные позиции. Первая модель. Человек становится на пьедестал, принимает позу императора и заявляет, что большинство его братьев по виду – "толпа", "плебс", "быдло", от природы неспособное усваивать высокие ценности, а потому обреченное на потребление суррогатов. Более мягкий и как бы демократический вариант – "они сами эти суррогаты выбрали, а потому не станем им мешать…" Суть не меняется: в основе все равно лежит разделение людей на высший сорт, к которому в первую очередь относят себя любимого (никто почему-то не заявляет от имени "быдла": "я, быдло такое-то, не способен к высшей интеллектуальной деятельности, и потому прошу от руководящей работы освободить"), и всех остальных, менее достойных уважения.

Модель номер два. За исключением нескольких процентов клинической патологии, подавляющее большинство homo sapiens не имеют никаких "объективных" противопоказаний для интеллектуального и культурного развития. Исторический опыт показывает, что как только та или иная "неполноценная" категория населения добивается равноправия, ей становятся вполне доступны все те виды деятельности, которые традиционно закреплялись за высшим сословием, расой или, например, за "сильным полом". С точки зрения "объективной" антропологии Х1Х века Кондолиза Райс могла освоить в лучшем случае азбуку. Конечно, не все одинаково способны к астрономии или музыке, но на астрологию и Бориса Моисеева никто не обречен.

Противоречие между подходами не академическое и не партийно-политическое: просветителем должен быть любой порядочный либерал (если он в самом деле либерал, а не задрапированный реакционер) и любой искренний социалист. Под рациональными аргументами сторон скрываются ценности и не проговариваемые мотивы: в одном случае нужно обосновать альтруизм, в другом – оправдать соучастие.

Личность не рождается и не выдается в готовом виде. Она формируется. Право на разум, то есть право человека на ценности, накопленные цивилизацией к моменту его "выхода в свет", - одно из фундаментальных гражданских прав, которое не может быть изъято ни силой, ни жульнической подменой.

Таким образом, у борьбы за науку появляется еще один – правозащитный – аспект, и он относится не только к сотрудникам НИИ, но и ко всем остальным гражданам, по крайней мере, ко всем детям, которые завтра научатся самостоятельно включать телевизор, а послезавтра пойдут в первый класс.

Верования нормальные и паранормальные.

С "наукой" и "антинаукой" все более-менее понятно. А "паранормальные верования" - скользкая формулировка. Возникает вопрос: "Какие верования - нормальные?" Ведь с точки зрения научной медицины "традиционные" чудотворные иконы ничем не отличаются от "нетрадиционной" (только что из-под крана) "заряженной" воды. Терапевтический эффект одинаковый. Но с точки зрения историка и социолога различие между Московской Патриархией и каким-нибудь "ООО "Храм Судьбы", конечно же, существует.

Участники симпозиума по-разному решают проблему "нормальных верований".

По мнению члена оргкомитета, известного историка философии и религии академика Л.Н. Митрохина, "можно говорить о взаимной дополнительности религиозной веры и научного знания как двух измерений человеческого бытия, лишь в совокупности удовлетворяющих мировоззренческие потребности миллионов и миллионов людей на данной стадии развития общества (23)…возможен союз науки и религии в борьбе с лженаукой, псевдорелигиозностью, с увлечением паранормальными явлениями (24). А вот редакционная статье нового номера журнала "Здравый смысл", который распространяли в кулуарах симпозиума: "Может ли устареть наука, мораль, религия, спорт? Все они, как и гуманизм, покоятся на тех или иных фундаментальных потребностях и качествах человека… Религия – на потребности трансцендирования, т.е. преодоления посредством безумного прыжка веры всех мыслимых и немыслимых пределов мира и человеческого существования, на жажде абсолютной жизни. Блага, истины, абсолютного прощения, заботы, любви и защищенности" (25).

С другой стороны - мнение доктора физико-математических наук и блестящего популяризатора С. П. Капицы: "Научное миропонимание в результате исторического развития пришло на смену религиозному, основанному на вере и откровении, восприемником которого является церковь" (26). Г.В. Гивишвили: "самому существованию" науки "противодействуют идеологические учения и системы всех исторически известных форм… Гуманистическая революция сознания оказала науке еще одну неоценимую услугу тем, что способствовала завершению эволюции высших форм умственной деятельности – приобщению интеллекта к логико-дискурсивному (рационально-когнитивному) мышлению, на которое опирается научное познание и творчество. Тем самым человечество преодолело детскую ограниченность иррационального, некритического, алогичного мышления, свойственного магико-религиозному сознанию" (27). Пол Куртц: "Исследователи-скептики отрицают любые мифологии спасения, все равно, древние или современные, основанные на первобытных страхах или нынешних мессианских иллюзиях" (28).

Здесь наука и религия рассматриваются уже не как взаимно дополняющие и сосуществующие формы общественного сознания, а в эволюционной последовательности: высшая, более прогрессивная форма должна придти на смену низшей, отсталой. Опираясь на работы Ж. Пиаже, Г.В. Гивишвили прямо соотносит религиозное сознание с особенностями мышления 7-8 летнего ребенка (29).

Заявление, принятое Российским гуманитарным обществом после террористических актов 11 сентября, озаглавлено: "Разум против религиозного терроризма" (выделено – И.С.):

"Пора признать горькую истину о том, что религии не могут ни остановить, ни осудить религиозный терроризм с позиций своих догматов, которые давно лежат на пути нравственного и культурного прогресса, на пути мира и взаимопонимания между людьми и народами. Совершенно очевидно, что за пределами частной жизни, за оградой церкви, синагоги, мечети все религии – источник отчуждения, разделения и, в конечном счете, ненависти и насилия" (30).

Конечно, проблема "наука и религия" не решается резолюциями. Она слишком сложна и по существу, и с точки зрения политики и дипломатии, которые, конечно же, конъюнктурны, – но от этой конъюнктуры зависят человеческие жизни.

После тех же терактов известный востоковед А.А. Игнатенко предостерегал от "неадекватного" отождествления террористов с исламом. Его статья "Обыкновенный ваххабизм" имела подзаголовок "еретическое течение в исламе" (31). Иными словами, не стоит умножать число врагов цивилизации, собственноручно запихивая в их объятия миллионы мусульман. Эти люди не могут отвечать за бен Ладена и Басаева, так же как католики – за усташей и ИРА. Но понятно и то, что террористы руководствовались все-таки религиозными мотивами, демонстрации (и погромы) солидарности с ними организуют по всему миру исламские организации, а человеконенавистническая идеология ваххабизма является официальной доктриной одного из самых могущественных мусульманских государств (см. ту же статью Александра Игнатенко). Все это уже не частные случаи и не случайные отклонения от "нормальных верований" (32).

А в России особенность религиозной ситуации состоит в том, что поначалу (при Горбачеве) наше "религиозное возрождение" было окрашено в светлые, гуманистические тона, его олицетворяли такие люди как о. Александр Мень или Чингиз Айтматов. Однако в 90-е гг. происходит экспансия именно средневековой религиозности, враждебной не только науке, но и тем общечеловеческим нравственным ценностям, которые изначально проповедовали мировые религии.

Религия превращается в "воинствующую этнографию".

Сегодня очень пригодилось бы строго объективное, свободное от любой предвзятости (как со знаком "+", так и со знаком "-") исследование той роли, которую сыграли "нормальные верования" в новейшей истории России: в экономике, социальной сфере (конфессиональная благотворительность), в формировании нравственного климата – здесь опять-таки надо учитывать, что общество неоднородно, и есть такие категории населения, которым во благо любой, даже средневековый моральный кодекс.

В нашем буфете плюрализм по кишечной палочке.

Как это ни странно прозвучит, но в идеологическом обеспечении нынешнего сползания в Средние века само средневековое мракобесие (33) играет не главную роль. Может быть, со временем оно и у нас выйдет на первый план – как в Алжире или Египте. Но пока в странах европейской культуры (включая Россию) дорогу будущим талибам прокладывают с другой стороны.

Осматривая зал текущей периодики, нетрудно убедиться, что изданий, которые с гордостью провозглашают "Долой науку! Да здравствуют темнота и невежество!", довольно мало, и влияние у них маргинальное. Почти вся работа по оболваниванию людей производится в солидных СМИ под вывеской плюрализма. Публикуя откровенный бред, они не забывают подверстать послесловие от редакции: "не беремся судить о тех вещах, в которых разбираться должны специалисты, поэтому обязательно опубликуем точку зрения ученых, которые выскажут противоположные мнения" (34).

Разработаны иезуитские методики. У меня подобрана отдельная папка с публикациями, как бы разоблачающими шарлатанов, – но разоблачение легким движением превращается в рекламу. Следите за руками маэстро. "В Москве существует более сотни центров нетрадиционной медицины, среди которых встречаются и центры неприкрытого надувательства москвичей и гостей столицы. По словам бывшей сотрудницы одного из таких центров, в день через руки "целителей" может пройти более сотни страждущих исцеления, но на самом деле ни одному из них помочь не могут, так как, по мнению экстрасенсов-профессионалов, излечить такое количество пациентов в день физически невозможно" (35) Спустя несколько месяцев, по существу, то же самое публикуется под другой фамилией в другой газете: "Только в Москве сейчас действует около 30 крупных центров и школ магии, которые, словно кроликов, плодят всевозможных чудотворцев. А реально людей, имеющих целительские способности, по оценкам специалистов, не более 5-10% от всех, заявленных в рекламе" (36, выделено И.С.)

Сами понимаете, что как только горожанин всерьез озаботится классификацией лохотронов: у какого метро они "неприкрыто надувают", а у какого – "реально имеют способности" – с этого момента вопрос о содержимом его бумажника в принципе решен.

"Это делается намеренно, расчетливо, очень изощренными методами и талантливыми людьми, - комментирует С.П. Капица работу масс-медиа, - Разговоры о свободе слова ведутся для отвода глаз. Все эти люди, как чумы, боятся слова "ответственность". (37)

А теоретическое обоснование им при необходимости обеспечат "мультикультурный", "цивилизационный", "культурно-антропологический подход", "постмодернизм" и т.п. Объединяющий и определяющий признак всей этой развесистой "учености" – отрицательный ответ на вопрос, который Аркадий Бейнусович Мигдал вынес в заголовок знаменитой статьи (38).

Отличима ли истина от лжи?

- Нет! Истина и ложь (варварство и гуманизм, мракобесие и просвещение) равноправны и равноценны (39). Все оценочные суждения происходят из субъективного предпочтения, а на вкус и цвет, как известно, товарища нет.

При известной материальной заинтересованности "постмодернист" может продолжить список и провозгласить, что нет никакой принципиальной разницы между банком и финансовой пирамидой, свежей колбасой и тухлой етс. При этом сам он тухлой колбасой давиться не станет. И свой гонорар (за ахинею) в бухгалтерии посчитает до копеечки (цента), без малейших проявлений "культурно-антропологического релятивизма".

Научная проблема не в том, обосновано ли такое "обновление научной парадигмы" – оно очевидно нелепо, и в каждой конкретной ситуации дает анекдотические результаты, – а в том, кому и почему оно выгодно.

Лекция для гостя с Луны.

Главная сложность при организации симпозиума заключалась в том, чтобы разложить по полочкам исследовательские, практические и пропагандистские задачи.

Мы услышали целый ряд ярких, по-хорошему артистичных выступлений, в которых была наглядно продемонстрирована шарлатанская природа телепатии, предсказаний будущего, "астральных тел" и пр. "необъяснимых явлений". Но зачем специалистам убеждать в этом друг друга? Убеждать нужно "публику". Такие выступления – с фотографиями, с актами независимой экспертизы - были бы куда полезнее не в академической аудитории, а на центральном телевидении.

Еще интереснее ситуация с докладом бельгийского профессора Виллема Бетца, который представил схему т.н. "альтернативной медицины" со всеми ее конкретными проявлениями, типичными аргументами сторонников и пунктами принципиального несовпадения с медициной как таковой. Человек, который может дать всестороннее и хирургически точное описание общественного явления, безусловно, заслуживает ученой степени не только в медицине, но и в социологии. При этом его доклад (в слегка облегченном и адаптированном к российской почве варианте) не мешало бы опубликовать в одной из московских центральных газет. Ведь болезни, врачи, поликлиники – сюжет, который так или иначе касается любого читателя, а профессор Бетц формулирует свои выводы на редкость внятно.

Например, о "пищевых добавках", уже упоминавшихся в этой статье. Оказывается, "акульи хрящи", селедочные головы, сушеные лопухи и прочие чудодейственные снадобья – не только российская напасть. Решение простое. Бакалея должна продаваться в бакалейном отделе по цене бакалеи, а не в аптеке по цене антибиотиков нового поколения. Но как этого практически добиться, если на сушеных лопухах, – точнее, на тех еще недосушенных лопухах, которые их покупают по 60 долларов упаковка, - кормится легион профессиональных паразитов?

Иными словами, проблема только на 1% медицинская (как медицинская она очень проста), а на 99% - социальная.

Наверное, ее правильной постановке и разрешению могла бы способствовать дискуссия между специалистами разного профиля по докладу профессора Бетца. Но она не состоялась из-за одного "паранормального" обстоятельства. В академическую аудиторию охраняемого здания РАН каким-то образом просочились "участники", о которых кто-то из докладчиков с грустью произнес: "Граждане ошиблись мероприятием". Обычно такие маргинальные персонажи встречаются на митингах, причем какие это митинги: "патриотические", "коммунистические", "демократические" – все равно. Любой учитель знает, что если в классе присутствует определенный процент учеников, которые "ошиблись мероприятием", то урока можно не проводить. В данном случае почтенные профессора вынуждены были оберегать трибуну от гражданина, махавшего фотографиями пришельцев – мол, только что собственноручно отснял на Луне, а вы не верите, - и всерьез отвечать на вопросы типа "какая может быть польза от науки, если она изобрела атомную бомбу?"

Именно этот контингент дал газете "Коммерсант" повод, чтобы опорочить симпозиум: заведомую глупость, сказанную непонятно кем в зале, корреспондентка пристегивает к выступлению доктора Ричарда Вайсмана, а ответственность возлагает на Академию Наук (40).

С социологической точки зрения любопытно, что газета, которая прямо подает себя как орган нашей "элиты", описывает собрание ученых примерно так же, как анпиловские митинги – в презрительно-насмешливой манере, переходящей в откровенное хамство: "бубнили отечественные академики…" и пр.

Но внешние обстоятельства не снимают внутренних противоречий. Если появление в зале маргиналов можно объяснить плохой работой охраны, происками идеологических противников, а от газеты, которая ежедневно балует читателей астроложеством, другого отношения не стоило ожидать, - то сборник тезисов готовили к симпозиуму все-таки не в "Коммерсанте", а в Гуманистическом обществе.

Ознакомившись с этой книжкой, я произвел несложные подсчеты. Из 73 текстов 21, т.е. около 30%, представляют то самое, с чем участники симпозиума собрались бороться: либо наукообразное пустословие, либо "открытия" вроде "основания Руси славянами-венедами в 1V в. как могущественного европейского княжества с центром в Киеве и не уступавшему Готской империи, Риму и Византии" (41).

Авторы подобного рода текстов, – как правило, представители общественных и гуманитарных наук.

Этот прискорбный факт отмечается не для того, чтобы очередной раз противопоставить друг другу "физиков" и "лириков". Проблема в другом. Само научное сообщество, к сожалению, неоднородно, и разные его подразделения в разной мере подвержены "разрухе в головах". Ведь и в советское время диссертация по физике посвящалась все-таки физике, а не роли ЦК КПСС в движении электрона. А диссертация по истории? По философии? В 90-е годы меняется только идеологический декор: теперь у нас в "великие мыслители" произвели Василия Розанова и Ивана Ильина. Целые отрасли "гуманитарного знания" разложились до такой степени, что наукообразное пустословие стало нормой, а нормальное исследование – редким исключением. Соответственно, в этих отраслях уже невозможна профессиональная оценка, - например, экспертиза школьного учебника (42).

В.Г. Сурдин показывает, что уничтожение научно-популярной периодики стало важнейшей предпосылкой организованного невежества: "Не вижу причин объяснять высокую популярность паранаучных верований в нынешней России какой-то особой склонностью русского народа к мистике; скорее можно видеть в этом его неудовлетворенную любознательность" (43). Вывод профессионального астронома из института им. П.К. Штернберга куда ближе к научной социологии, чем жонглирование заказными "рейтингами". Но, к сожалению, экономическая цензура – только одна, внешняя сторона процесса вытеснения науки из общественной жизни. Журнал "Знание-сила" перестал существовать не тогда, когда его изъяли из общедоступной розницы, а когда в нем заколосились рекламные тексты про "экстрасенсов", "альтернативная история" и прочий "постмодернизм" (включая, кстати, и рептильную как бы социологию (44). И обеспечили эту обратную эволюцию не пришельцы со стороны, из комсомольской прессы, а в основном те же редакторы, которые работали в журнале в 80-е годы.

Внешнее давление наложилось на внутреннюю растерянность.

Перспективы: преодоление растерянности.

Растерянность не преодолена до сих пор. Об этом свидетельствует и сборник тезисов, которым порадовали участников симпозиума, и специфический состав приглашенных, и книги, которые продавались в фойе (какие-то – очень полезные, но другие – готовые экспонаты к докладу доктора Р. Вайсмана "Психология обмана"), и некоторые забавные эпизоды в ходе пленарных заседаний. Например, председатель петербургского отделения РГО Г.Г. Шевелев рассказал, как городской комитет по здравоохранению снабжает "народных целителей" официальными лицензиями. Единственное внятное предложение, прозвучавшее по этому поводу: что в соответствующей комиссии должна быть представлена научная общественность.

Интересно: если бы продажные чиновники додумались выдавать лицензии педофилам, – мы просили бы у них разрешения привлечь к работе детских врачей? Да?

Диагнозы в докладах расставлены точно, но стратегия борьбы с эпидемией пока не определена. Что, кстати, не мешает добиваться успехов на конкретных направлениях: комиссия по борьбе с антинаукой и фальсификацией успешно перекрывает финансирование шарлатанских проектов. И это тоже неплохое решение: не дожидаясь общей стратегии, помаленьку наводить порядок на своей маленькой планете – как герой Сент-Экзюпери.

На мой взгляд, С.П. Капица и В.Г. Сурдин правильно указывают на масс-медиа как на ключевое звено. Это может быть ключевое звено в цепи невежества, которая душит общественное сознание. Но с другой стороны, "если мы сумеем возродить научно-популярную литературу и сделаем ее доступной по цене" (В.Г. Сурдин), то современные аналоги "Знания-сила" и "Химии и жизни" станут не просто источниками реального знания, но "коллективными организаторами" освободительного движения за право человека на разум.

Между прочим, нормальная, объективная периодика и должна быть в основе своей "научно-популярной", то есть просветительской. А какой еще? Неужели политику, экономику и право лучше обсуждать с антинаучных позиций?

Каким мог бы стать современный журнал "Знание-сила" - тема для специального симпозиума (кстати, почему только журнал? а телевидение? интернет?). Но ясно, что ни одно из существующих сегодня изданий (включая "Здравый смысл" и даже "Природу") этой роли играть не может: к сожалению, они не являются реальными факторами общественной жизни.

Чтобы влиять на общество, нужна другая материальная база и другой тираж.

Движение делает только первые шаги. Естественно, оно плохо организовано, не свободно от ошибок и внутренних противоречий. Но видит Бог – или Природа - сегодня это одно из немногих общественных движений, к которым не стыдно присоединиться.

Илья Смирнов.

  1. Москва, РАН, 3-5 октября 2001 г.
  2. Мигдал А.Б. Отличима ли истина от лжи? - http://www.skeptik.net/pseudo/migdal1.htm
  3. Термин "социальный организм" предложил Ю.И. Семенов, чтобы не путаться в понятиях "общество", "страна", "государство", "народ". См. Семенов Ю.И. Философия истории. М, Старый сад, 1999, с. 17 – 19. По-моему, предложение заслуживает внимания.
  4. http://www.topnew.ru/index.php?
  5. На русском языке: Куртц П. Запретный плод. Этика гуманизма. М, Гнозис, 1993. Его же. Искушение потусторонним. М, Академический проект, 1999.
  6. На удивление злобную реакцию вызвало создание Комиссии при Президиуме РАН: ее стали сравнивать с инквизицией, со сталинскими репрессиями etc (см. сочинения Л. Лескова в "Российской газете" (30 ноября 1999 г.) и в "Известиях" (5 января 2000 г.), Е. Варгасовой в "Вечернем Новосибирске" (30.06.2000), А. Солодилова в "Литературной газете" (2000, № 39) и пр.) Между тем, Комиссия – общественная организация, она не располагает никакими полномочиями и не может применять никаких мер, кроме убеждения. Причем же здесь инквизиция? Эмоции оппонентов становятся понятны, если учесть, что споры идут не просто об отвлеченных материях: существуют ли "первичные полевые спинорно-торсионные потоки" или это бессмысленный набор "ученых" слов? – а об очень больших деньгах, которые в этих потоках понесутся на частные счета. Для обеспечения такого рода экспериментов самое опасное – не административные запреты (как показывает опыт, с чиновниками легко договориться), а объективная профессиональная оценка проекта. Академия наук – не такая инстанция, мнение которой можно не замечать, оно будет опубликовано в СМИ и дойдет до тех чиновников и банкиров, у которых придется просить деньги.
  7. Рязанов В.Т. Кризис индустриализма. – Постиндустриальный мир и Россия. М, Эдиториал УРСС, ИМЭМО РАН, 2001, с. 512 –513.
  8. Там же, с. 524.
  9. Смирнов И. Министерство будущего от Прокофьева до Филиппова. Русский журнал, 26.04.2001. www.russ.ru/ist_sovr/sumerki/20010426_smir.html
  10. Олег Крохин: "Человек без физики как без рук" – За Калужской заставой, 2001, № 5.
  11. Зимина Т. Ученые внесли поправки в госбюджет; Морозова Е. Сибирские ученые протестовали пером. – Коммерсант, 28.09.2001.
  12. Сурдин В. Г. Астрономия и астрология – перипетии современной конфронтации. – Поругание разума. Сборник тезисов. РГО, Здравый смысл, 2001, с. 103 – 104.
  13. Фрумкина Р. Из жизни академиков. РЖ, 25.10.2001. www.russ.ru/ist_sovr/sumerki/20011025_frum.html
  14. Если познавательную ценность туалетной бумаги приравнять к нулю, то у журнала "Fool girl" она будет измеряться отрицательной величиной.
  15. 72 часа прошло. – Коммерсант, 28.09.2001.
  16. "Вооруженные нечистые силы-4" - Новая газета, 18.01.1999. См. серию предшествующих публикаций "Вооруженные нечистые силы" в "Новой газете" (N 42, 45, 47 за 1998 год), а также: Кругляков Э.П. Что же с нами происходит? – http://psb.ad-sbras.nsc.ru/krugw.htm; его же: Трансмутация сознания – Независимая газета, 18.04.2001 http://www.ng.ru/style/2001-04-18/16_transmutation.html; его же: О тайных пружинах торсионной войны. - http://www.ccsis.msk.ru/RUSSIA/Nauka/KRUG.htm; Проблемы борьбы с лженаукой. Обсуждение в Президиуме РАН. Вестник РАН, 1999, т. 69 http://vivovoco.nns.ru/VV/JOURNAL/VRAN/FALSE.HTM и др.
  17. Смирнов И. Наука в сослагательном наклонении. РЖ, 24.10.2001. www.russ.ru/ist_sovr/sumerki/20011024_smir.html
  18. Прямая речь. Коммерсант, 3.06.1999.
  19. Проблемы борьбы с лженаукой - http://vivovoco.nns.ru/VV/JOURNAL/VRAN/FALSE.HTM
  20. Буш А. Как попасть в зазеркалье. Аргументы и факты, 2000, № 51.
  21. Кобрин В.Б. Кому ты опасен, историк? М, Московский рабочий, 1992, с. 190.
  22. Гивишвили Г. Наука между гуманизмом и религией. – Здравый смысл, 2001, № 4, с. 26.
  23. Митрохин Л.Н. Наука и религия на рубеже ХХ1 века – Вестник РАН, 2000, т. 70 http://vivovoco.nns.ru/VV/JOURNAL/VRAN/MITROKHIN.HTM
  24. http://www.religio.ru/arch/04Oct2001/news/2222.html
  25. О России и гуманизме. Заметки редактора. - Здравый смысл, 2001, № 4, с.2.
  26. Капица С.П. Наука в общественном сознании и антинаука. Там же, с. 4.
  27. Гивишвили Г. Наука между гуманизмом и религией. Там же, с. 26.
  28. Куртц П. Новый скептицизм. Там же, с. 3.
  29. Гивишвили Г. Цит. соч., с. 25.
  30. Разум против религиозного терроризма. Резолюция, принятая на общем собрании РГО 19.09.2001.
  31. Игнатенко А. Обыкновенный ваххабизм. Русский журнал, 14 -19.09.2001. www.russ.ru/politics/20010914-ign.html
  32. В этой связи обращаю внимание на заявление Верховного муфтия Азиатской части России Нафигуллы Аширова: этот сопредседатель Союза муфтиев России поддержал движение "Талибан" и фактически благословил наемников, которые пожелают воевать против мирового сообщества на стороне террористов ("Носителем афганского суверенитета является в настоящее время движение "Талибан"… Каждый российский мусульманин скоро должен определиться, по какую сторону баррикад воевать с оружием в руках… Каждый мусульманин имеет право воевать на стороне зашитников афганского государства…" ). См.: Верховный муфтий протестует против дискриминации. – НГ-религии, 14.11.2001, с. 2. Тут уж приходится выбирать: либо Аширов и ему подобные - не муфтии, либо, если они муфтии, то терроризм все-таки исламский.
  33. Что такое мракобесие, можно узнать из раздела "Религия в России", недавно открытого при "Русским журнале" - см. "исторические" сочинения В. "Али" Полосина, В. Махнача, Д.Калугина с В. Морозовым etc. http://religion.russ.ru
  34. Аргументы и факты, 2000, № 51, с.17.
  35. Мухин А. Сниму порчу. И ювелирные украшения. – Сегодня, 26.01.2001.
  36. Гриднева М. Избавляю от денег. Гарантия – 1000%. – Московский комсомолец, 30.06.2001.
  37. Проблемы борьбы с лженаукой - http://vivovoco.nns.ru/VV/JOURNAL/VRAN/FALSE.HTM
  38. Мигдал А.Б. Отличима ли истина от лжи? - http://www.skeptik.net/pseudo/migdal1.htm
  39. Конкретные цитаты – см. в работе автора этих строк: Либерастия, гл. 12 www.screen.ru/Smirnov/12.htm
  40. Сигида А. Академия наук объяснила распад СССР и теракты в США. Коммерсант, 4.10.2001.
  41. Лобачев М.М. Объективизация человека. - Поругание разума. Сборник тезисов. РГО, Здравый смысл, 2001, с. 73.
  42. Например, о том, что представляет собой т.н. "культурология" – см.: Смирнов И. Субкультурная революция. Знамя, 2000, № 7.
  43. Сурдин В. Г. Астрономия и астрология – перипетии современной конфронтации. – Поругание разума. Сборник тезисов. РГО, Здравый смысл, 2001, с. 104.
  44. См. Исакова Е. Живая вода для обреченных – 1993, № 1; Аджиев М. Раскол – 1993, № 4; Дубин Б. Россияне ничего не имеют против американцев, но не любят США - 1999, № 7/8 и пр.
Оставить отзыв. (2)
111


Создатели сайта не всегда разделяют мнение изложенное в материалах сайта.
"Научный Атеизм" 1998-2013

Дизайн: Гунявый Роман      Программирование и вёрстка: Muxa