Вера в чудеса примиряет с их отсутствием.
Малкин Г.

Путеводитель
Новости
Библиотека
Дайджест
Видео
Уголок науки
Пресса
ИСС
Цитаты
Персоналии
Ссылки
Форум
Поддержка сайта
E-mail
RSS RSS

СкепсиС
Номер 2.
Follow etholog on Twitter


Подписка на новости





Rambler's Top100
Rambler's Top100



Разное


Подписывайтесь на нас в соцсетях

fb.com/scientificatheism.org



Рус Eng
Институт Свободы Совести

Аналитика

Все аналитические обозрения


РЕЛИГИОЗНАЯ СВОБОДА В РОССИИ – ДОСТИЖЕНИЯ И ПРОБЛЕМЫ
к сборнику "Свобода вероисповедания, государственно-конфессиональные отношения и протестантизм в России."

Анатолий Андреевич Красиков, доктор исторических наук, Президент Российского отделения Международной ассоциации религиозной свободы
17.08.2002

Рад приветствовать участников сегодняшнего "круглого стола" от имени Совета директоров Российского отделения Международной ассоциации религиозной свободы (МАРС). Напомню, что наша ассоциация была учреждена в 1992 году официальными представителями религиозных организаций России, к которым присоединились известные ученые-религиоведы, юристы и общественные деятели. Ее уставная цель – утверждение и распространение принципов религиозной свободы, а также защита всеми законными средствами права каждого человека на богопочитание и богослужение или отказ от того и другого в соответствии с личным выбором.

При создании ассоциации в нее вошли, в частности. Русская православная церковь (с 1997 г. – в статусе наблюдателя), Русская православная старообрядческая церковь, Духовные управления мусульман. Католическая церковь в России, Церковь христиан-адвентистов седьмого дня. Союз церквей евангельских христиан-баптистов, Евангелическо-лютеранская церковь. Союз христиан веры евангельской-пятидесятников. Конгресс еврейских религиозных организаций России (КЕРООР). Позднее к ним присоединились новые члены МАРС: Ассоциация христианских церквей "Союз христиан", Федерация еврейских общин России (ФЕОР), многие другие религиозные объединения.

Серьезным испытанием для МАРС стала борьба вокруг принятия в 1997 г. Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях". С самого начала позиция нашей организации была предельно четкой и определенной: новый закон должен соответствовать Конституции и международным обязательствам нашей страны. Одобренный Государственной Думой и Советом Федерации текст документа вызвал серьезные возражения значительной части верующих: они увидели в нем попытку ущемить их права. Президент Ельцин сначала отказался подписать этот закон, отметив, что он противоречит сразу 16 статьям Конституции и, по меньшей мере, трем международным договорам России. Позднее, однако, глава государства все же поставил свою подпись под несколько видоизмененным текстом закона.

После принятия закона 1997 года Российское отделение МАРС сосредоточило все свои усилия на защите прав религиозных организаций в условиях, созданных новым законодательством. При этом оно основывалось как на Конституции, так и на тех положениях закона 1997 года, которые ей соответствуют. В то же время мы не отказались от имеющихся в нашем распоряжении законных средств для нейтрализации попыток ограничить - со ссылками на тот же закон – права религиозных меньшинств.

По просьбе членов нашей организации, известных юристов А.В.Пчелинцева, В.В.Ряховского и Г.А.Крыловой Конституционный суд РФ трижды - в ноябре 1999 г., в апреле 2000 г. и, наконец, нынешней зимой – возвращался к этому вопросу и дал нескольким откровенно дискриминационным положениям закона такую интерпретацию, которая исключает возможность использовать их во вред религиозным организациям.

Плодотворными оказались и контакты РО МАРС с официальными государственными структурами, отвечающими за отношения государства с общинами верующих. Я имею в виду, прежде всего Комиссию по вопросам религиозных объединений при Правительстве Российской Федерации, Департамент по делам общественных и религиозных объединений Министерства юстиции РФ и аппарат Уполномоченного по правам человека в РФ. Проблемы, возникавшие в связи с ущемлением конституционных прав верующих, ставились нами также перед соответствующим подразделением Администрации Президента и профильным Комитетом Государственной Думы. Во многих случаях мы находили с их стороны понимание и поддержку.

Сегодня мы можем с глубоким удовлетворением констатировать, что в итоге проведенной во исполнение закона 1997 г. перерегистрации религиозных объединений права юридического лица получили не только общероссийские структуры тех культов, которые перечислены в преамбуле к закону, но и практически все остальные централизованные организации, имевшие государственную аккредитацию до принятия закона, – всего 20215 религиозных объединений.

Среди них – не только те организации, которые представляют перечисленные в преамбуле к закону "религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России", но и другие религиозные объединения страны. Это, в частности, бахаисты, иеговисты, квакеры, кришнаиты, меннониты, мормоны, мунисты, саентологи и многие другие, чье право на легальную деятельность в России оспаривалось "борцами с сектами". Каждая из этих организаций до своей повторной легализации прошла через государственную религиоведческую экспертизу, и Экспертный совет при Министерстве юстиции не нашел оснований для признания их "псевдорелигиозными".

Таким образом, в борьбе между поборниками и противниками свободы совести в России на общефедеральном уровне восторжествовало зафиксированное в статье 28 Конституции право каждого "исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними". Это наша с вами общая победа, и мы можем ей гордиться. Не потому, что разделяем взгляды тех или иных конкретных религиозных движений, а в силу приверженности идеалам прав человека.

Борьба, однако, не закончена. После провала попыток использовать Закон 1997 года для массового нарушения прав религиозных объединений на общефедеральном уровне противники юридического равноправия верующих рассчитывают добиться своей цели с помощью других законодательных актов ("О традиционных религиозных организациях") и разделить россиян на граждан разных категорий с неодинаковым объемом прав и свобод вопреки Конституции и международным обязательствам Российской Федерации.

Свобода совести нарушается также принятием многими субъектами Федерации собственного законодательства, которое носит, как правило, откровенно дискриминационный характер. Причем это законотворчество продолжается и после того, как Федеральный закон 1997 года вступил в силу. Один из последних тому примеров – одобрение Белгородской областной думой в 2001 году местного закона "О миссионерской деятельности на территории Белгородской области".

Но бывает и так, что "местная" религиозная организация, преодолевшая все барьеры бюрократического характера и добившаяся регистрации на местном уровне, подвергается тем не менее гонениям. Нескончаемо долго длится судебный процесс в Головинском суде г. Москвы по представлению прокурора о ликвидации московской общины Свидетелей Иеговы, хотя она входит в централизованную религиозную организацию той же конфессии, имеющую государственную регистрацию на федеральном уровне. Не вступая в богословскую дискуссию о взглядах Свидетелей Иеговы, члены МАРС – представители других религиозных организаций отстаивают право иеговистов, как и каждого верующего, на свободу совести и вероисповедания, гарантированную всем нам Конституцией Российской Федерации.

Много месяцев продолжалось противостояние христианской церкви пятидесятнического толка "Живая вера" и администрации Пензенской области. Оно началось, когда чиновник, отвечающий за связи с религиозными конфессиями, некто Владимир Попков, появившись на одной из улиц в центре города Пенза, принялся выхватывать из рук распространителя целые пачки газеты "Живая вера" и рвать их на глазах у изумленных прохожих.

Против пензенских протестантов была развязана мощная пропагандистская кампания в контролируемых местными властями средствах массовой информации, и от всяких контактов с "сектантами" были вынуждены отказаться руководители приютов для брошенных детей и ветеранов труда, которым члены "Живой веры" оказывали материальную помощь. Затем верующих изгнали из арендованного ими кинозала, где проводились регулярные богослужения, а когда пятидесятники стали собираться в собственном недостроенном храме, в дело вмешалась пожарная охрана. По сценарию, отработанному в других городах, на "Живую веру" обрушились налоговая полиция и областное управление юстиции.

В некоторых субъектах федерации борьба с неугодными религиозными организациями ведется руками криминальных структур. Свидетельство тому - поджоги молитвенных домов баптистов, пресвитериан и пятидесятников в г. Чехове Московской области и в ряде других городов страны. Пастор одной из церквей был дважды жестоко избит неизвестными и длительное время находился в больнице. Семьи пасторов протестантских церквей подвергаются психологическим атакам по телефону – им регулярно звонят с угрозами. Неизвестные говорят: "Нам не нравится ваша деятельность – убирайтесь, а то вам будет хуже!".

Пасторы протестантских церквей г. Чехов были вынуждены обратиться с открытым письмом к Президенту Российской Федерации, Генеральному Прокурору и Уполномоченному по правам человека. "Нежелание властей защитить нас вызывает глубокую обиду и негодование, – говорится, в частности, в этом документе. – Мы, христиане-протестанты, не сделали ничего такого, что поставило бы нас вне закона. Мы не совершали никакого преступления. Нам ставят в вину лишь то, что мы - не православные. Очевидно, преступлением в нашей стране теперь считается верить и жить в соответствии с велениями собственной совести".

В отдельных местностях власти требуют, чтобы вопросы, связанные с признанием за неправославными религиозными организациями, в том числе со строительством или арендой помещений для проведения богослужений, изданием, приобретением и распространением богослужебной литературы, до вынесения на рассмотрение в государственном аппарате согласовывались с епархиями и благочиниями (нижестоящими структурами) РПЦ.

В связи с этим еще 1 апреля 1999 г., председатель Совета муфтиев России шейх Равиль Гайнутдин был вынужден направить высшим властям государства письмо, в котором вслед за лидерами ряда других религиозных организаций (главным образом протестантских) подверг критике практику передачи православным клирикам права решать судьбу инаковерующих. "Мусульмане России с искренним уважением относятся к Русской Православной Церкви, – указывал автор письма. – Но мы не можем и по закону не должны каждый случай появления новой общины, строительства мечети согласовывать с деятелями РПЦ".

Участились случаи высылки из страны и отказов в выдаче въездных виз иностранным священнослужителям, приглашаемым в Россию единоверцами, которые в результате 70 лет государственного атеизма лишились духовных окормителей из числа местных граждан. Жертвами такой практики становятся порой и руководители церковных структур. "Забыв" о том, что самая укорененная религиозная организация страны – РПЦ – добрую половину своей тысячелетней истории управлялась иностранцами, власти предупредили католиков, что епископы, вставшие во главе двух новых администратур (территориальных структур Римско-католической церкви в России) в Саратове и Иркутске, могут проживать в России лишь по временным визам, которые выдаются на срок не более одного года.

В соответствии с действовавшим до последнего времени Положением о Совете по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте Российской Федерации одной из основных функций этого консультативного органа при главе государства было "участие в разработке современной концепции взаимоотношений государства и религиозных отношений". В мае нынешнего года, однако, эта функция была у Совета отобрана, и практически все религиозные объединения оказались отстранены от подготовки важнейшего документа, который затрагивает их судьбу самым непосредственным образом.

А вскоре появились некие "неофициальные" проекты концепции, которые направлены на изменение официальной политики государства по отношению к религии в нарушение Конституции и международных обязательств Российской Федерации. Речь идет о новой атаке на свободу совести в нашей стране. Таков, например, проект, подписанный г-ном Понкиным и тремя его единомышленниками. Суть этого проекта, как и проекта закона "О традиционных религиозных организациях", заключается в очередной попытке разделить религиозные объединения России и россиян в целом на "наших" и якобы "не наших".

Подобные попытки делались и в прошлом, и к чему они привели страну в начале XX века, думаю, никто из нас не забыл. Сейчас история может повториться, и весьма симптоматичен в этом отношении факт недавнего появления на первой полосе "Известий" статьи, автор которой обращает весь свой пафос публициста против религий, "которые продолжают претендовать на роль фундамента построения общества, порождая лишь фундаментализм во всех его проявлениях". Вывод газеты категоричен до предела: "Пришла пора повсеместно и бесповоротно отделить церковь не только от государства, но и от общества".

Все эти – и многие другие – факты говорят о том, что, несмотря на утверждение принципов мировоззренческого и религиозного плюрализма, о подлинной терпимости к инаковерующим и инакомыслящим в нашей стране говорить пока рано. Поэтому у Российского отделения Международной ассоциации религиозной свободы, как и у других правозащитных организаций, – непочатый край работы, которую надо продолжать до тех пор, пока в России не будет создано действительно открытое гражданское общество.





| Об Институте | Анонсы и новости | Пресс-релизы | Аналитика | Книжные новинки | Контакты | Подписка |
111


Создатели сайта не всегда разделяют мнение изложенное в материалах сайта.
"Научный Атеизм" 1998-2013

Дизайн: Гунявый Роман      Программирование и вёрстка: Muxa