Христос изгнал торгующих из храма. Торгующие поумнели и облачились в ризы.
Сафрин Х.

Путеводитель
Новости
Библиотека
Дайджест
Видео
Уголок науки
Пресса
ИСС
Цитаты
Персоналии
Ссылки
Форум
Поддержка сайта
E-mail
RSS RSS

СкепсиС
Номер 2.
Follow etholog on Twitter


Подписка на новости





Rambler's Top100
Rambler's Top100



Разное


Подписывайтесь на нас в соцсетях

fb.com/scientificatheism.org

vk.com/scientificatheism_org



Оставить отзыв. (29)


Китайгородский А.
Реникса.


Нa этот вопрос отвечает в недавно увидевшей свет книге "Вера, разум и существование" профессор религии Колумбийского университета Джон Хатчисон. Это очень образованный мужчина. Список цитированной им литературы включает в себя произведения всех виднейших современных философов и естествоиспытателей, посвященных общим проблемам жизни на Земле и во вселенной. Автор превосходно знаком со всеми возражениями современного атеизма и смело идет им навстречу. В легкой, занимательной и отчетливой форме он знакомит нас с той позицией, на которую вынуждены сейчас становиться просвещенные теологи.

Главная задача автора — показать, что между наукой и библейской верой нет никакого противоречия. Чтобы приблизиться к этой цели, Д. Хатчисону приходится прежде всего выразить сожаление о прошлых небольших недоразумениях: об обвинении Коперника Мартином Лютером, об осуждении Галилея святой инквизицией, об упорной защите текста библии по поводу сотворения мира, об отказе принять дарвиновскую теорию эволюции...

Оказывается, церковь совершила эти ошибки лишь по одной причине — она не сумела провести четкую линию, разделяющую науку и религию. Где ж проходит эта граница?

На это вы получаете ответ. Наука является основой (почти дословная цитата) традиционных знаний, ремесел и искусств каждодневной жизни. Она простирает свои руки от земледелия до навигации, от строительства до медицины. Наука систематизирует все наши знания о мире и передает их от поколения к поколению.

Неплохо. Что же остается на долю религии? Оказывается, это фундаментальная оценка культуры, воплощенная в мифах, ритуалах и этике. Кроме того, она включает в себя отношение человека и культуры к тому неизвестному, которое лежит за границей науки и научного контроля.

Если расшифровать это туманное заключение, то получится следующее: на долю религии остается пропаганда библейских мифов (это и есть фундаментальная оценка культуры, воплощенной и пр. и пр.) и пропаганда веры в бога (который и есть неизвестное, лежащее за границей науки). Впрочем, несколько ниже Хатчисон более ясен и говорит, что на долю религии остается определить, что такое хорошо и что такое плохо, а также оценивать реальный мир как целое.

Первое вполне понятно, а второе — типичное пустословие.

Итак, церковь борется лишь за одно — за признание права издания морального кодекса. Право же, ради столь простого вывода не стоило писать толстую книгу. Что же касается морального кодекса, то пастор прав в том, что этические суждения, являясь суждениями долженствования, не относятся к классу утверждений естествознания. Однако ему не хочется думать, что наука, и только она, способна разработать пути к достижению святой цели — сделать людей счастливыми.

Тяжело стало церкви воевать за монопольное право предписывать людям их правила поведения. Но трудности современных теологов этим не ограничиваются. Они отчетливо понимают, что церковь рухнет, если она нс станет бороться за ритуалы и мифы, с помощью которых создаются религиозные традиции, позволяющие сплотить верующих около пастора. А так как библия не может быть принесена в жертву современной науке, то ей надлежит дать современный комментарий.

В одном из параграфов отчетливо излагаются взгляды на бога и человека, от которых отказаться нельзя. Новизны здесь нет. Есть бог, и он творит историю. Люди и нации находят смысл своего существования в исполнении воли божьей. Бог один, и представителей на Земле у него нет. Пути господни по-прежнему неисповедимы. Каждому человеку дано лишь чуть-чуть света, чтобы ему была ясна его роль в истории. Кроме того, ему дана вера, что некая скрытая от него цель у истории имеется. Большего не дано. Приводится даже для ясности сопоставление роли человека в истории с ролью музыканта симфонического оркестра, который знает лишь свои ноты, но не партитуру симфонии.

Бог — творец и судья. Что касается акта творчества, то понимать его надо небуквально. Эволюция сама по себе, а божьи дела сами по себе. Допытываться, трудился ли бог над своим созданием три миллиарда лет или работа над превращением обезьяны в человека совершена в мгновение, — это неприлично и означает непонимание духа современной религии. Что же касается изгнания из рая, то оно произошло тогда, когда... человек возгордился и вообразил себя богом. Детали с Адамом, Евой и змием несущественны.

Пастор соглашается, что интеллигентного человека XX века не устрашишь приближением судного дня Не верит, и баста. Автор сокрушается по этому поводу, и призывает верить в конец вещей, и пытается доказать, будто это можно совместить с наукой.

Что же касается взглядов на сущность человека, то они мало изменились. Для церкви человек сочетает в себе образ бога, образ творения бога и образ грешника. Оправданием этого утверждения является человеческая история. (Можно пойти автору навстречу и рассматривать сию краткую характеристику человека как некоторую поэтическую мысль.)

Вот и все, что нам смог предложить профессор Хатчисон. Скажем прямо — немного.

к оглавлению



Оставить отзыв. (29)
111


Создатели сайта не всегда разделяют мнение изложенное в материалах сайта.
"Научный Атеизм" 1998-2013

Дизайн: Гунявый Роман      Программирование и вёрстка: Muxa