Церковь - место, где джентльмены, никогда не бывавшие на небесах, рассказывают небылицы тем, кто никогда туда не попадет.
Менкен Генри Луис

Путеводитель
Новости
Библиотека
Дайджест
Видео
Уголок науки
Пресса
ИСС
Цитаты
Персоналии
Ссылки
Форум
Поддержка сайта
E-mail
RSS RSS

СкепсиС
Номер 2.
Follow etholog on Twitter


Подписка на новости





Rambler's Top100
Rambler's Top100



Разное


Подписывайтесь на нас в соцсетях

fb.com/scientificatheism.org

vk.com/scientificatheism_org



Оставить отзыв. (29)


Китайгородский А.
Реникса.


Природа далеко не всегда потворствует нашим желаниям. Напротив, достижение цели большей частью связано с преодолением препятствий, а неумеренное хотение и вовсе невыполнимо. Избежать страдания, приблизиться к счастью — естественное стремление людей.

Разумный человек знает, что подвластно ему, что подчинено другим людям и в чем состоят законы природы, выполняющиеся независимо от воли людей. Он понимает, что овладение природой заключается в познании ее законов и использовании их для своего блага. Он понимает, что нет таких сил в мире, которые по его просьбе или молению могли бы изменить естественный ход событий.

Заглядывая в глубь времен, мы в любом веке находим мыслителей, ясно понимающих, что все явления мира протекают по строгим законам, которые невозможно нарушить.

Для наших разумных предков было ясно, что не все на свете возможно, что противоречащие законам природы "сверхъестественные явления", или "чудеса", суть не что иное, как чепуха и выдумка.

Понятие "чуда" вовсе не дитя нашего века. Оно имеет столько же лет от роду, сколько и человеческая цивилизация.

Как во все времена существовали разумные люди, так же точно никогда не переводилась категория людей, верящая в возможность сверхъестественного, не ощущающая незыблемости законов природы.

И наш век — век атомной энергии, завоевания космоса и молекулярной биологии — расправляется с "верящими" очень медленно. Впрочем, это не удивительно. Природные способности к самостоятельному мышлению не получают развития без надлежащего воспитания, а плоды обучения рациональному подходу к миру сказываются лишь после многих лет систематической и последовательной учебы. Вполне естественно, что рациональное научное мышление широко распространено среди людей, посвятивших себя науке.

Что же касается представителей других групп населения, то их мнения находятся в зависимости от пропаганды, которая в век печати, радио и телевидения без труда завоевывает и унифицирует мировоззрение миллионов граждан. Это одна из причин того, что даже наиболее прямолинейная в своем признании чудес католическая религия продолжает держать в сфере своего влияния сотни миллионов людей.

В укреплении суеверий решающим является не только наличие пропаганды, но и ее отсутствие. Астрологические и метапсихологические общества, профессия предсказателя будущего, вера в приметы и предчувствия, некритическая готовность согласиться с реальностью чуда — все это будет существовать до тех пор, пока человечество не сочтет нужным разделаться с взглядами на мир, противоречащими науке. Разумеется, вера в чудеса претерпела большие изменения. Между дикарем, увешанным амулетами, респектабельным профессором конца прошлого века, беседующим с тенью отца Гамлета, и нашим современником, изучающим методами математической статистики влияние человеческой воли на выбрасывание игральной кости шестеркой кверху, есть различия, но, право же, более существенно сходство. -.

Полистаем страницы истории и посмотрим, как эво-люционизировали всяческие магии, теснимые естествознанием.

Вера в чудеса у дикарей всех стран мира хотя и различалась в деталях, но строилась всегда по одному и тому же принципу: мир заселен духами и божками, которые способны вмешиваться в дела человеческие. Они управляют индивидуальными судьбами, поведением Солнца и звезд, распоряжаются стихиями. На их поведение можно повлиять: их можно упросить, можно умолить, а можно и припугнуть. Духа можно призвать себе на помощь и обратить на гибель соседа. Чтобы суметь распоряжаться духами, надо знать таинства, заключающиеся в действиях и словесных заклинаниях. Первейшую роль играют магические слова — слова, как ключи к секретному замку, одно лишь произнесение вслух которых заставляет прийти к вам на поклон духа, черта и лешего. И у каждого народа имеются священники, жрецы, шаманы, посвященные в магические таинства. Ясно, сколь велика власть мага и чародея над суеверными соплеменниками.

Ненамного наивнее были древние халдеи, персы или греки. В стране, давшей миру выдающиеся мыслителей, был распространен культ Гекаты — богини, появляющейся ночью и лишь тогда, когда Луна скрывалась за облаками. Геката была покровительницей колдуний. Судя по дошедшим до нас сведениям, служения Гекате обставлялись как хороший спектакль. Выбирались мрачные декорации, изображались рептилии и противные животные, зрителей спаивали возбуждающими средствами и вызывающими отвращение зельями. Ни "особой высоте" была литературная часть сценария. Вот пример заклинания от имени Гекаты.

"Приди, Сомбо — богиня ада, Земли и Неба, госпожа над большими дорогами, городами и предместьями. Ты, которая несешь свет, которая живешь ночью, враг света и подруга ночи. Ты, которая радуешься ночному вою собак, пролитой крови, которая бродишь на кладбище в компании теней мертвецов, ты, жаждущая крови и приносящая ужас смертным. Горго, Мормо — Луна, имеющая тысячи обличий, — прими наши жертвоприношения".

Цели колдовства могли быть самые различные: месть, моление о благополучии близких, поиски вора или неблагожелателя и, наконец, предсказание будущего.

Предсказание судьбы по,звездам, по линиям руки, на кофейной, гуще, по виду внутренностей животного, путем -истолкования бреда или галлюцинаций и многими другими способами — одна из главных задач магии. И все это преспокойно дожило до второй половины XX века.

В трезвой и высококультурной Римской империи астрологи обладали большой силой. Опубликованные ими руководства были настольными книгами у патрициев и в особенности у их жен и дочерей.

Ювенал в одной из своих сатирических поэм советует избегать дам, сильных в астрологии. Они консультируются со звездами прежде, чем решиться на поездку к мужьям в армию или родную деревню. Если звезды разрешают это сделать, то они будут терпеливо ждать рекомендованного астрологом дня. Если они больны, то часы приема еды и лекарств будут взяты ими из книг по астрологии.

Но Ювенал напрасно смеется над одними лишь римскими дамами. История сохранила множество анекдотов, касающихся римских цезарей и чиновников, окружавших себя предсказателями судьбы всех мастей. Они им верили настолько, что запрещали простым смертным обращаться к астрологам из боязни, что судьба императора может таким образом стать известной их подданным. Император Тиберий, прибегавший к услугам астролога, чтобы выяснить, нет ли у него врагов среди приближенных, выслал из Италии около четырех тысяч предсказателей судьбы.

Откуда же такой успех астрологии? Ведь ясно, что они ошибались в своих предсказаниях значительно чаще, чем угадывали.

Конечно, это так. Но все дело в том, что невыполнение прогнозов забывается, а удача становится широко известной. Кроме того, астрологи были достаточно умны, чтобы делать свои предсказания по возможности более расплывчатыми и украшать их многочисленными "если", дабы была возможность подвести свершившееся под формулу гороскопа и сохранить мосты для отступления.

Борьбу с магией начало христианство. Однако на самом деле эта война обернулась против магов и чародеев, а не против веры в чудеса. Иначе и быть не могло, поскольку в основе любой церкви лежат также чудеса.

Но новообращенные христиане не сразу освободились от веры в духов и демонов. В течение веков они продолжали верить в действенность амулетов, демонов, якобы способных принимать обличье животного, в возможность вызывать мертвых и вести с ними беседу, в возможность получать вести на расстоянии... Они отрицали магию как дьявольское занятие, но верили в нее с прежней силой и прибегали к ней, когда желание узнать свою судьбу или повлиять на нее становилось слишком сильным. Авторитеты церкви вынуждены были издавать законы, подобные следующему (конец IV века).

"Ни один человек независимо от его положения, ранга, рождения, состояния не смеет поклоняться идолам и приносить им жертвы... Тот, кто осмелился заколоть животное с тем, чтобы узнать судьбу по виду его внутренностей, будет рассматриваться как виновный в оскорблении величества..."

В VI—VII веках церковью, казалось бы, одержана победа. Триумф новой веры рассматривался как поражение дьявольской силы, но, конечно, не как разрушение веры. Напротив, рассказывалось, что демоны сбежали. испуская жалобные крики, покинули своих идолов, около которых они прятались, оракулы онемели, и воздух, заполненный нечистой силой, был очищен знаками снятого креста. История показывает, что произошла лишь смена форм. Существо оставалось тем же, и вера в сверхъестественное сохранилась практически в том же виде.

Странного в этом, конечно, нет ничего, так как нельзя бороться с суевериями, заменяя их господом богом.

И действительно, поскольку вера в ад была сохранена, то было вполне естественно оставить на вооружении заклинания против дьявольской силы. Астрологи и маги оказались в этом отношении гораздо более последовательными, чем церковь. Именно поэтому (правда, скрываясь и таясь) они продолжали практиковать свое искусство и находили без труда клиентов в любых слоях общества.

Напрасно церковь говорила, что прибегающие к услугам чародеев тем самым входят в общение с чертом и теряют свою душу. Простое любопытство, желание отомстить, разбогатеть, достигнуть власти — все эти чувства оказывались сильнее запретов церкви. И имеется бесчисленное количество доказательств, что маги, чародеи и предсказатели сохраняли свое влияние в ту эпоху,когда, казалось бы, от политеизма (многобожия) не осталось и следа. Запрет обратиться к тому, кто может сотворить чудо, оказался тщетным.

Да, вера в чудеса не покидала и отцов церкви. Фома Аквинский, на учении которого покоится современный католицизм, признает реальность колдовства, а ураганы и грозы считает делом рук скверных демонов.

Можно смело сказать про средневековую Европу, что она сохранила все суеверия времени политеизма. Их лишь обрядили в другие одежды, но сохранили прежние черты. Духам и божествам Востока и Древней Греции не было отказано в праве на жительство. Их низвели в ранг поверженных гениев, обладающих ограниченной властью, но способных делать людям лишь гадости.

Средневековая церковь признавала существование Юпитера, Меркурия или Венеры. Но не как богов, а как личин дьявола.

Вплоть до XVII века отношение к астрологии, магии и чародейству не претерпело существенных изменений. Пренебрегая велениями церкви, тайными науками

занимались короли и сановники. Генрих IV и Людовик XIII— французские короли — прибегали к услугам астрологов, о чем поведал нам в своих романах Александр Дюма.

Перемена декорации началась тогда, когда на арену стало выходить естествознание. Под его давлением магические "науки" были изгнаны вначале из небесной механики (открытие Коперника подкосило астрологию), а затем из физики и химии. Магии ничего другого не оставалось, как укрепиться в физиологии и психологии — науках, менее изученных.

В XIX веке уже считалось неприличным для образованного человека верить в чертей и заклинания духов. Но вера в сверхъестественное и чудесное не была еще убита, поскольку физиологические и психологические явления были еще неясны. В этой области магия пышно расцвела под многими новыми названиями: оккультизма, теософии, метапсихологии.

В ход вошел "строгий" научный язык, имитирующий науку, эксперименты и демонстрации, глубокомысленные философские рассуждения. Но, несмотря на новые одежды, сущность магии осталась прежней: признание нематериального мира, в той или иной сгепени способного вмешаться в дела природы и человека и нарушить таким образом законы их существования.

У новой магии много школ и направлений. Одни ее адепты представляют себе нематериальный мир в виде душ мертвых, гуляющих по загробной вселенной. Иные полагают, что он существует в виде астральной материи, элементами которой являются человеческие мысли, живущие отдельно от породившего их мозга.

Поскольку эта стадия развития магии совпала с эпохой, когда публикование книги стало простым делом, то, несмотря на сокращение тематики, магия резко расширила поле своей деятельности, и "просветительская" работа ее сторонников стала проникать в гущи народные. Число книг по оккультизму, метапсихологии и прочему подобному бреду достигает фантастических размеров. Однажды я пришел в Ленинскую библиотеку выбрать две-три книги по оккультным наукам, чтобы рассказать о них читателю. Меня оторопь охватила, когда передо мной поставили три полных ящика библиотечных карточек. И это при условии, что уже лет сорок по вполне понятной причине эти ящички не пополняются — мы, к счастью, подобной литературы не издаем ; и из-за границы ее не выписываем. А что было бы, если бы ящики дополнить всем, что издается в этой области до сего времени во всем мире? Число карточек удвоилось бы или утроилось.

Успехи физиологии и психологии к началу нашего века стали столь значительными, что магии пришлось отступать и из этих областей. Отступление пошло по двум линиям. Ряд деятелей махнули рукой на естествознание, на то, что ученые называют их шарлатанами и жуликами, и откровенно стали поборниками оккультизма, полагая (и не без оснований), что на их век дураков хватит. Другая же часть любителей чудесных явлений, значительно меньшая, не пожелала оказаться выброшенной из интеллигентного общества и произвела очередную смену вывески. Слово "магия" стало уже давно синонимом чертовщины. Термин "метапсихология" также уже приобрел дурную репутацию. И магия XX века получила название "парапсихология". Эта "наука" уже как-то учитывает реальную действительность, а посему ограничивает себя лишь тремя областями деятельности: а) изучением возможностей предсказания будущего, б) возможности передвигать предметы силой желания и в) передачей мыслей на расстояние. Пара-психологи отличаются от своих предшественников и еще в одном важном отношении: они не считают возможным строить "теории" по поводу той чепухи, в существование которой они верят. Они ставят себя в благородную позу экспериментаторов, исследователей таинственных факторов, которые сегодня еще не имеют объяснения.

Прежде чем перейти к более подробному рассмотрению наук о чудесах, хочется поразмыслить на тему: откуда такая легкость в завоевании верующих. Ясно, что в распространении веры в чудеса играют роль социальные причины. Действительно, если нет борьбы с религией, значит, ослаблена борьба с чудесами любого сорта. Но это не единственные причины. Вера в чудеса имеет много психологических обоснований.

Разумеется, существует множество явлений, объяснение которых не лежит на поверхности. Когда эти явления касаются мира физического, то поиски истины остаются в руках лишь работников науки. В эту область любители "чудес" не лезут, поскольку для того, чтобы только разобраться в фактах, требуется изрядное знание предмета. Совсем иначе обстоит дело, когда речь идет о сложных событиях, происходящих в мире взаимоотношения людей. Эти явления представляют неизмеримо больший интерес для любого человека, далекого от науки, чем непонятное в мире физики. Поэтому он острее прислушивается к объяснениям психологических тайн, которые ему предлагают. Но рациональное объяснение сложных и еще совсем мало исследованных явлений, связанных с закономерностями человеческих восприятии и психики, как правило, сложно и еще не полно. Следить за рациональным объяснением не так-то легко — это требует и знаний и мыслительного напряжения. Гораздо легче принять на веру "объяснение", которое, как я говорил выше, строится по принципу детской психологии, стремящейся для каждого явления найти своего мистического носителя.

Вера в несводимость духовных явлений к материальному началу воспитывается поэтому без особого труда. Очень многие лица с пеной у рта доказывают невозможность дать материалистическое обоснование людской проницательности, вещим снам, народным приметам, мгновенным исцелениям от болезни.

Неизощренному уму представляется чудом способность проницательного, остронаблюдательного человека угадывать желания и мысли. Необъяснимым представляется исцеление больного в моменты сильного душевного потрясения. Так же точно совершенно непонятными кажутся вещие сны и предчувствия, когда... они сбываются, когда выполняются некоторые распространенные приметы.

Явления, связанные с психической деятельностью человека, по сути дела, только-только начинают изучаться. Далеко не все они могут быть сейчас истолкованы. Но естествоиспытатель уверен, что это преходящее и что рано или поздно исчерпывающая модель человеческой психики будет создана.

В то же время некоторое размышление показывает достаточно отчетливо, на каком пути должен и может ученый искать рациональное объяснение всем этим фактам. Так, угадывание сопряжено с воспитанием у "чародея" острой наблюдательности. Что касается вещих снов, то человек видит их достаточно часто, но запоминает свои предчувствия лишь тогда, когда они выполняются. Несомненно, удастся доказать, что события предыдущих дней подготавливают неосознанно для сновидца материал его видения.

Что же касается примет, то большинство из них (вроде перебежавшей дорогу черной кошки) является чистой чепухой. Однако некоторым приметам может быть дано и разумное объяснение.

Скажем, отправляясь на важное деловое свидание, муж возвращается обратно за забытой шляпой. Жена говорит в сердцах: "Пути тебе не будет". И оказывается правой. Готов поверить, что примета оправдывается более часто, чем этого потребовал бы случай. Возвращение домой свидетельствует о несобранности, которая может явиться причиной неуспеха. Всюду, где естественнонаучное объяснение является еще шатким или неполным, большинство людей отвергает его легко и охотно в пользу признания тайны и чуда. В этом отказе, возможно, есть кое-что от самозащиты против просветителя. Если ему поверишь, то тем самым признаешь его более умным. Гораздо приятнее полагать, что мы оба с ним не понимаем того, что произошло.

к оглавлению



Оставить отзыв. (29)
111


Создатели сайта не всегда разделяют мнение изложенное в материалах сайта.
"Научный Атеизм" 1998-2013

Дизайн: Гунявый Роман      Программирование и вёрстка: Muxa